Новый тип источников по дописьменной истории и роль исторической информатики в его освоении (2007)

Гісторыя і археалогія Полацка і Полацкай зямлі. Тэзісы V міжнароднай канферэнцыі. – Полацк: НПГКМЗ, 2007. С. 50–52.

Традиционно история человечества в эпохи, предшествующие появлению письменных документов, исследуется с помощью трех основных типов источников: данных археологии,  сравнительного языкознания и физической антропологии. В последнее десятилетие появился качественно новый, еще не в полной мере оцененный тип источников: данные генетического анализа участков ДНК, передающихся исключительно по мужской или женской линии. Эти участки содержат так называемые генетические маркеры – не проявляемые на фенотипическом уровне мутации, которые в случае с нерекомбинируемыми участками Y-хромосомы наследуются от отца к сыну, в случае с митохондриальной ДНК (мДНК) – от матери к дочери. Все носители определенной мутации, унаследованной от ближайшего общего предка, объединяются в гаплогруппу. Поскольку в отдельных линиях потомков имели место новые мутации, большинство гаплогрупп делятся на более мелкие подгруппы, образуя сложную иерархическую структуру.[1]Большинство мутаций имели место в эпоху палеолита и мезолита, поэтому пространственное распространение групп и подгрупп может служить довольно надежным индикатором древних миграций.[2]

В последние годы происходит лавинообразный рост сведений о мужских и женских гаплогруппах, их распределении в разных регионах Земли.[3]Количество накопленных данных таково, что в сопоставлении с археологическими и лингвистическими материалами уже сегодня позволяет проверить многие гипотезы о древней истории отдельных популяций и выдвинуть новые. Например, уже сегодня очевидно, что частота распространения некоторых маркеров (особенно по Y-хромосоме) высоко специфична для восточнославянских народов и отличает их от ближайших соседей – литовцев, латышей, эстонцев, поволжских финнов.

В предварительном плане уже сейчас можно ставить вопрос о процентном соотношении расселявшихся славян и ассимилированного ими субстрата, количественно выразить их роль в этногенезе белорусов. Установлено, в частности, что большинство славянских популяций (поляки, словаки, белорусы, украинцы, русские центральных и южных областей России) характеризуется очень высокой долей гаплогруппы R1a1 (40–60%) в сочетании с гаплогруппой I1b1 (10–20%). Зато наши ближайшие соседи, литовцы и латыши, при примерно такой же концентрации гаплогруппы R1a1 (на уровне 40–45%) почти не имеют в своем составе носителей гаплогруппы I1b1 (у  них она встречается не чаще чем в 1–2% случаев). Зато у них очень высока доля гаплогруппы N3a1, носители которой составляют порядка 30–40%. Среди славян она встречается гораздо реже: у южных и центральных русских – от 10 до 15%, у белорусов – 8–10%, у украинцев – 6–10%. Среди поляков и чехов ее частота – 2–4%, у южных славян она практически отсутствует.

Если предположить, что у древних обитателей Беларуси, которых часто определяют понятием «балтский субстрат», частота гаплогрупп I1b1 и N3a1 была близка к их частоте у современных балтов, становится очевидным, что их вклад в современный состав населения был весьма незначительным. Таким образом, версию о том, что белорусы представляют из себя не столько славян, сколько «ославяненных балтов», можно считать исчерпанной.

Помимо точечных мутаций, по которым производится определение гаплогрупп, в хромосомах существуют еще участки с повторяющимися последовательностями нуклеотидов, так называемые микросателлиты.[4]По числу повторов в таких участках Y-хромосомы тоже различаются, что позволяет выявлять группы людей с одинаковыми сочетаниями повторов в определенных микросателлитах. В отличие от гаплогрупп, такие общности принято называть гаплотипами. Изменения числа повторов в микросателлитных участках происходят гораздо чаще, чем мутации, по которым выделяются гаплогруппы. Разнообразие гаплотипов у носителей одной гаплогруппы обычно используется для оценки возраста определяющей ее мутации.

Но, помимо этого, совокупное распределение гаплотипов имеет самостоятельное значение. В разных частях ойкумены их частоты сильно различаются, что позволяет реконструировать сравнительно недавние мутации, происходившие от нескольких тысячелетий до нескольких веков назад.[5]Учет микросателлитной изменчивости позволяет уточнить и представления о прародине славян. Эту прародину следует искать там, где встречено наибольшее число присущих славянам гаплотипов. Предварительные данные свидетельствуют, что район их максимальной концентрации приходится на среднее Поднепровье, включая и юго-восток Беларуси (ареал киевской археологической культуры). Именно отсюда, видимо, характерные гаплотипы были разнесены в процессе славянской миграции по широким пространствам Европы, где они оказались частично разбавлены местными, субстратными гаплотипами.[6]

Очень важно, чтобы новый массив информации был освоен историками, большинство из которых о нем пока знает лишь понаслышке или не знает вообще. Но традиционным историкам усвоение этих сведений дается нелегко. Новый тип источников обычно представлен в форме таблиц и баз данных. Значительная их часть выставлена на открытом доступе в Интернете, и уже сегодня любой желающий может ознакомиться с частотой встречаемости тех или иных маркеров в сотнях выборок, охватывающих десятки тысяч индивидов. Единственное, что для этого требуется – владение определенным минимумом информационных технологий, включая навыки поиска информации в Интернете, умение преобразовывать ее в нужный формат, упорядочивать и обсчитывать. Другими словами, даже первичный доступ к таким источникам возможен только для тех, кто владеет инструментарием исторической информатики.

Появление нового типа источников не прошло незамеченным для активных пользователей Интернета. На многих форумах происходит активное обсуждение новых возможностей, даются попытки их исторической интерпретации. В мировом масштабе наиболее активен форум американской компании «FamilyTreeDNA» (http://www.familytreedna.com/forum/). Можно отметить также англоязычный блог Диенекеса Понтикоса (http://dienekes.blogspot.com/), на котором регулярно публикуются сообщения о новых публикациях и проводится их обсуждение.

В русскоязычном Интернете этой тематике полностью посвящены сайты «ДНК-древо» (http://dnatree.ru/index.php) и «Молекулярная генеалогия» (http://www.molgen.org/index.php). Характерно, что профессиональные историки в дискуссиях на их форумах пока не участвуют. Ведущая роль принадлежит людям, имеющим базовое образование, а нередко и опыт научной деятельности в технических дисциплинах, но активно интересующихся историей и генеалогией. Один из таких людей – профессор Анатолий Клёсов, ныне живущий в США. В серии интернет-публикаций и через активное участие в форумах он не только популяризирует тематику «ДНК-генеалогии», как предпочитает называть это направление,[7]но и пытается предложить исторические интерпретации.[8]Примечательно, что попытка критики со стороны другого ученого-физика, предпринятая как бы «с исторических позиций» показала просто поразительную глубину непонимания между людьми, интересующимися вроде бы одной темой.[9]

Построения А.Клесова действительно содержат в себе немало наивного в историческом плане, хотя никому из историков пока не довелось это убедительно продемонстрировать. Современное распределение генетических маркеров в популяциях является результатом нескольких параллельных, но разных по своей сути процессов: заселения новых территорий, при котором популяция как бы консервирует тот уникальный набор маркеров, который был характерен для первопоселенцев (эффект основателя); случайных изменений в соотношении носителей отдельных мутаций в ходе вымирания одних генеалогических линий и разрастания других (генетический дрейф); резкого сокращения генетического разнообразия в случаях падения численности популяций и их повторного разрастания (эффект «бутылочного горлышка»); смешения народов в результате длительной диффузии генов или одномоментных миграций, поглощения больших групп чужаков в процессе ассимиляции.

Прежде чем переходить к выводам, необходимо оценить возможную роль каждого из этих факторов в том или ином случае. Это оказывается непростым даже для популяционных генетиков, первыми описавших вышеупомянутые эффекты. В их ранних попытках дать собственные исторические интерпретации, как правило, проявлялось преувеличение роли одного из факторов и недооценка других. Более строгий подход еще предстоит выработать, и без участия историков это вряд ли будет достижимо. Представляется, что продвижение в глубь времен должно происходить подобно тому, как проводятся археологические раскопки – последовательно, слой за слоем. Анализ современных популяций должен стать отправной точкой для реконструкции ситуации, предшествовавшей наиболее поздним, исторически зафиксированным миграциям. В свою очередь, эта реконструкция может послужить основанием для восстановления еще более ранних переселений. При этом пропускать звенья в цепи, «прыгая» сразу в палеолит или хотя бы бронзовый век, было бы ошибкой.

Утонченные методы статистического анализа и компьютерного моделирования позволяют провести такую процедуру довольно точно. В частности, имитационная модель является неоценимым инструментом при оценке роли генетического дрейфа, а также возраста той или иной мутации (удаления членов гаплогруппы от ближайшего общего предка).

Но для того, чтобы применить эти методы грамотно, нужна соответствующая историческая подготовка: «чистый» генетик или математик просто не будет знать, какой вопрос нужно задать новому типу источников, или упустит важные подробности. Глубокий анализ и интерпретация данных «ДНК-генеалогии» (в сети встречается также термин «генография») невозможны без грамотного сочетания методов популяционной генетики, математики с глубоким знанием собственно исторических (археологических, палеолингвистических, антропологических) свидетельств.

Мы становимся участниками нового этапа в развитии исторической науки, когда для получения нового знания не обязательно проводить дорогостоящие археологические экспедиции или многолетние архивные поиски. Некоторые ответы можно получить, лишь имея доступ в Интернет и владея набором определенных методов. Но методы эти относятся к сфере других наук, в том числе и тех, которые еще несколько лет назад никто не решился бы назвать смежными.

Мы привыкли к таким видам сотрудничества, как совместная работа историков с лингвистами, палеоклиматологами или специалистами по изучению костных останков. Развитие исторической информатики сделало если не привычным, то не вызывающим особых эмоций событием взаимодействие историков с математиками. Теперь в ближайшей перспективе стоит появление команд, объединяющих историков и археологов с генетиками и даже криминалистами (для извлечения ДНК из древних останков используются разработанные ими методы). Роль математического инструментария при этом возрастает многократно, но еще более важной становится способность интересоваться новым, выходить за рамки привычных методов и представлений. Хочется надеяться, что приверженцы исторической информатики и здесь окажутся в первых рядах.



[1]Степанов В.А., Харьков В.Н., Пузырев В.П. Эволюция и филогеография линий Y-хромосомы человека // Вестник ВОГиС. 2006. Т. 10. № 1. С. 57–73; Малярчук Б.А., Деренко М.В. Филогеографические аспекты изменчивости митохондриального генома человека // Вестник ВОГиС. 2006. Т. 10. № 1. С. 41–56.

[2]Из популярной литературы на русском языке можно порекомендовать: Сайкс Б. Расшифрованный код Ледового человека: От кого мы произошли, или Семь дочерей Евы / Пер. с англ. М.: РИПОЛ Классик, 2005; Оппенгеймер С. Изгнание из Эдема. Хроники демографического взрыва М.: ЭКСМО, 2004.

[3]Геногеографическое изучение генофонда Евразии. Интернет-ресурс: http://genofond.ru/about.asp?site_id=1582&part_id=1001&module_id=1051.

[4]De Knijff P., Kayser M., Caglia A., et al. Chromosome Y microsatellites: population genetic and evolutionary aspects // Int J Legal Med. 1997. 110:134-140.

[5]Roewer L., Croucher P.J.P., Willuweit S., et al. Signature of recent historical events in the European Ychromosomal STR haplotype distribution // Hum Genet. 2005. 116:279–291.

[6]Rębała K., Mikulich A.I., Tsybovsky I.S. et al. Y-STR variation among Slavs: evidence for the Slavic homeland in the middle Dnieper basin // J Hum Genet. 2007. 52(5):406-14.

[7]Клесов А. Се – человек. http://www.lebed.com/2006/art4606.htm; Клесов А. Поиски пропавших колен израилевых с помощью ДНК-генеалогии. http://berkovich-zametki.com/2007/Zametki/Nomer5/Klyosov1.htm

[8]Клесов А. Хинди-Руси бхай бхай с точки зрения ДНК генеалогии, или Откуда есть пошли славяне. http://www.lebed.com/2007/art5034.htm

[9]Кирьяко А. Вопросы по поводу ДНК-генеалогии (или «история vs ДНК-генеалогии»). http://dnatree.ru/index.php?name=Forums&file=viewtopic&t=293&postdays=0&postorder=asc&start=0